Карта сайта НПТМ

От международных Фестивалей к Союзу Молодежных и Детских телестудий.
От Союза к Телеканалу. От Телеканала к программе "Детское Государство".
 

"Мы не дети России, мы дети Мира".
Михаил. Возраст 6 лет.

 


     

    В авторской программе Марии Карпинской
    "Беседы о пророках"

    Тема: ВИССАРИОН - РАБ СОБСТВЕННОЙ ТЕНИ.

    Ведущая Мария Карпинская и Игорь Монеткин беседуют о Виссарионе, объявившем себя в 1993 году вторым пришествием Христа на земле.


    Часть 1.

    Часть 2.


    Игорь Монеткин родился в 1963 году, в 1993 году поехал в Сибирь, В г. Минусинск в поисках истины и приключений. Вскоре, как он говорит сам «напоролся». А вот на что и как напоролся, куда подевалась истина и какие приключения он поимел в сибирской «обетованной» земле, он расскажет вам.

    Но мне, ведущей Марии Карпинской, и свидетелю событий, он признался, что получил в Минусинске опыт апофигизма, разочарования - и теперь теоретически не верит в Бога.

    Он считает, что данный шаг, а именно, его поездка в Сибирь за истиной – это остатки тоталитаризма прошлых лет, рабская психология, болезнь поиска господина, и там, в Сибири умерла последняя искра надежды на доброго царя.

    Мария Карпинская:

    И все таки: как ты думаешь, есть что-то высшее, справедливое, что именуется Богом?

    Игорь Монеткин:

    Я допускаю, что что-то есть. Но сам я не верю ни во что. Есть какие-то законы, но мы их не знаем.

    Мария Карпинская:

    Наша передача называется «Беседы о пророках». Кто для тебя пророки.

    Игорь Монеткин:

    Нет никаких пророков, кроме одного, Ностердамуса. Он действительно пророк, потому что события, описанные им сбываются именно в тот день и час, который он указал.

    Мария Карпинская:

    А кто сейчас для тебя Виссарион?

    Игорь Монеткин:

    Если сказать языком религии – бес, если обычным языком определить его суть – раб собственной тени.

    Мария Карпинская:

    Что такое для тебя собственная тень?

    Игорь Монеткин:

    Тело.

    Я, ведущая передачи «Беседы о пророках» Мария Карпинская, после беседы по телефону со знакомым Игорем Монеткиным, долго размышляла, и пришла к выводу, что большинство людей являются рабами собственных теней, и служат своим телам физическим, и миру материальному, и все попытки изменить данное положение вещей странно одиноких героев, не приводили ни к каким результатам.

    Почему? Тысячелетиями пророки и поэты говорят нам о духовных вершинах, о Боге, но призывая нас к Богу, часто те, кто называют себя пророками, получив власть и деньги, превращаются все в тех же начальников и царей, а своих подданных превращают в послушных овец, которых регулярно постригают. А поэты, рванувшись в горные вершины и небесные выси, напарываются на острые колья и вилы, и если остаются в живых, перестают верить в справедливого Бога и небеса. И что же нам остается? Поэт Владимир Оксиковский, сказал об этом так:

    «… Святая великая вечность,
    С мордой сытого дога.
    Да здравствует человечность,
    Испуганного Бога!»

    Когда я увидела Виссариона на передаче Андрея Малахова «Пусть говорят», и ребята сделали мне очную ставку с ним, с тем, в кого я когда-то была влюблена - увидев его, я действительно испугалась, потому что и вправду увидела очень сытое и лоснящееся лицо, безразличное и довольное, а под красной одеждой выпячивался такой знакомый трудовой мозоль служителя собственному телу – брюшко, как символ веры в вечное блаженство.

    Как разительно не схожи два образа: Распятого, пострадавшего Христа и довольного, лоснящегося от жира Виссариона.

    Как страшно и жутко мне стало!!! Если бы действительно этот Виссарион был вторым пришествием Христа на землю, то весь смысл человеческой жизни сводился бы только к одной цели – подняться в пищевой цепочке ближе к вершине, чтобы там ублажать себя, точнее, свое тело, хорошей пищей и властью над себе подобными.

    А ведь так всегда и было! А вдруг и вправду весь смысл в служении собственной тени?!

    Тогда зачем вся эта жизнь? Во имя кого? Ведь умрем и тень исчезнет навсегда!

    Мария.

    Сама решать подобные вопросы я не стану,
    Вновь открою книгу, и закрою в сердце рану.
    О, друг сердечный! Ты живешь в иных мирах,
    Скажи мой Гете, что есть жизнь, а что есть прах? Позволь, я вновь прибегну к милости твоей,
    Открой мне правду, словом истину и свет пролей!
    Скажи мне, дух великий, в чем твое веленье?!

    Фауст.
    Тогда сказал бы я: мгновенье,
    Прекрасно ты, продлись, постой!
    И не смело б веков теченье
    Следа оставленного мной!
    В предчувствии минуты дивной той
    Я высший миг теперь вкушаю свой.
    Фауст падает. Лемуры подхватывают его и кладут на землю.

    Мария.
    Так Фауст и Виссарион – подобие одно? Я дале слову внемлю.
    Коль это так, зачем так много шума и ненужных дел?

    Мефистофель.
    Нигде, ни в чем он счастьем не владел,
    Влюблялся лишь в свое воображенье;
    Последнее он удержать хотел,
    Бедняк, пустое, жалкое мгновенье!
    Но время – царь; пришел последний миг,
    Боровшийся так долго пал старик,
    Часы стоят!

    Хор
    Стоят! Остановились,
    Упала стрелка их. Как мрак ночной,
    Они молчат.

    Мефистофель.
    Все кончено. Свершилось!

    Хор.
    Прошло!

    Мефистофель .
    Прошло? Вот глупый звук пустой!
    Зачем прошло? Что, собственно случилось?
    Прошло и не было – равны между собой!
    Что предстоит всему творенью?
    Все, все идет к уничтоженью!
    Прошло…что это значит? Все равно
    Как если б вовсе не было оно
    – Вертелось лишь в глазах, как будто было!
    Нет, вечное НИЧТО одно мне мило!

    Мария.
    Мой верный друг, поэт и гений, сердце не остыло,
    Так значит, все, что пережили – вовсе и не было?!
    Что станет с миром старым, и пустым, где служат тени?
    Пред всем, что не было, готова встать я на колени.
    Что ожидает всех, кто служит, сердцем глух и нем,
    Скажи, да так, что б стало ясно всем,
    Что ждет их всех?
    Открою книгу. Слезы, смех!
    Не промахнуться чтоб.

    ПОЛОЖЕНЬЕ ВО ГРОБ.

    Один из лемуров

    Кто строил тесный дом такой
    Могильною лопатой?

    Лемуры (хором)
    Доволен будь, жилец немой,
    Квартирой небогатой!

    Один из лемуров.
    И пуст и мрачен зал стоит.
    Где мебель? Вся пропала?

    Лемуры (хором)
    Он брал при жизни все в кредит:
    Кредиторов немало!

    Мефистофель
    Простерто тело, дух бежать готов;
    Я покажу кровавую расписку…
    Но много средств есть ныне и ходов…

    Мария.
    Спасибо дух, понятно дальше мне без слов,
    Я знаю всех, кто числится в том списке.
    Обличье внешнее порой меня пугает,
    Но обличенье истину мне в тайне открывает.
    Одежды, маски сняты, обнажилась грязь,
    И пал сей мелкий, жалкий мира тени князь.


 

О передаче
"Беседы о пророках"

Борис Рачинский
"Библейская модель мира"